ISEA ИСиЭЖ СО РАН
630091 Фрунзе, 11
Новосибирск, Россия

Тел/Факс: +7 (383) 2170 973
Header picture

2017 г. / 2016 г. / 2015 г. / 2014 г.

Крупные совы слетелись в Новосибирск после сильных снегопадов

Новосибирск приручил новый вид городских птиц — более 15 бородатых и длиннохвостых неясытей питаются крысами и голубями вместо белок, узнал 29 декабря корреспондент Сиб.фм в институте систематики и экологии животных (ИСЭЖ) СО РАН.
Лесные совы — неясыти поселились в центре Новосибирска из-за холодов. Каждый день 10-15 птиц прилетают в город и охотятся на мышей, крыс, кошек, ворон, голубей и свиристелей. По данным орнитолога Института экологии и систематики животных, это необычно для Новосибирска, но не несёт угрозы экосистеме города.
«Совы-неясыти ночуют в старых хвойных лесах в окрестностях Новосибирска. Например, они вьют гнёзда в дуплах деревьев Заельцовского парка, сосновом бору в Пашино. Хищницы перестали кормиться белками и мелкими птичками — возможно, сильный мороз и снегопады погнали их в город. Теперь совы поджидают крыс возле мусорных контейнеров, нападают на ворон, так продолжается уже несколько лет», — рассказал Сиб.фм орнитолог ИСЭЖ Алексей Яновский.
Бородатая неясыть на оживлённой магистрали вызвала удивление у жителей Новосибирска. Фото птицы на дорожном знаке набрало более 2 тысяч лайков в сообществе «АСТ-54» «ВКонтакте». Волонтёры—орнитологи предупредили, что сова больна или обессилена, так как здоровое животное не даст себя сфотографировать.
«Утром 28 декабря в Центр реабилитации хищных птиц (ЦРХП) поступила такая же сова с улицы Немировича-Данченко, но нельзя точно утверждать, что это „птица со знака“. Проблема пострадавших сов особенно актуальна зимой: птицы перебираются поближе к городу и попадают к нам с травмами. За 2016 год ЦРХП принял 40 сов, из них 17 неясытей», — рассказала Сиб.фм пресс-секретарь ЦРХП Татьяна Мельникова.
Морозы до —50 °С и обильные снегопады подтолкнули белых куропаток переселиться с территорий Крайнего Севера в Новосибирскую область. По мнению орнитологов, это стало причиной появления Белой совы в регионе — степную птицу видели на полях за 100 км от города. Занесённая в Красную книгу РФ птица является самой крупной совой в мире, также она питается куропатками и зайцами, пояснили учёные ИСЭЖ СО РАН.
Напомним, множество свиристелей в октябре 2016 года прилетели за ранетками в парки Новосибирска. Цель масштабной кочёвки — поиск корма: свиристели налетели на ранетки, боярышник, рябину. Стаи от нескольких десятков до сотен птиц обосновались в парках и лесополосе Новосибирска, рассказывал Сиб.фм орнитолог Алексей Яновский. Он опасался, что три тысячи свиристелей угрожают испортить купол Оперного театра в Новосибирске.
29.12.2016
Сиб.фм
Оригинал статьи

Экологи потребовали перенести мусорный полигон от реки

Мусорный полигон в Раздольном может уничтожить сохранившуюся в бассейне реки Издревая экосистему, которой порядка двух миллионов лет. Ученые и экологи выступили в защиту окрестностей реки Издревая, указав, что в ее бассейне растут редкие растения, живут занесенные в Красную книгу региона рыбы и хищные птицы.
По их мнению, полигон нужно перенести подальше от бассейна этой водной артерии. Крупный мусоросортировочный комплекс должен появиться в Раздольном на основании заключенного региональными властями концессионного соглашения с компанией «Экология-Новосибирск». Место под полигон выбрали неподалеку от реки Издревая, в бассейне которой силами общественников и экологов в 2009 году был сформирован особо охраняемый участок в 70 гектаров, памятник природы. По словам руководителя инициативной группы «Поможем реке Издревая» Юлии Колеватовой, вокруг реки можно создать еще несколько памятников природы, по некоторым из таких участков уже есть заключения экспертов. «Сейчас у нас готово эколого-экономическое обоснование еще для трех перспективных территорий, так называемого кластерного заказника – это три раздельно стоящие друг от друга территории, но все в рамках единого бассейна. По ним уже готовы все обследования, и мы бы хотели им тоже придать статус», – сообщила Юлия Колеватова. Местные жители и экологи опасаются, что с появлением мусоросортировчного комплекса в Раздольном река Издревая сохранившаяся на этой территории экосистема будет разрушена. Комплексные исследования этой территории учеными не проводились, однако ряд экспертов заявляет о ее уникальности. В их числе ученые институтов СО РАН. Как рассказал главный научный сотрудник лаборатории геосистемных исследований Центрального сибирского ботанического сада СО РАН Николай Лащинский, в бассейне реке Издревая растут ценные березовые и осиновые леса, мох, который на 98% состоит из воздуха, растения, которые занесены в Красную книгу, а также реликтовые виды, пережившие ледниковую эпоху, – фиалка удивительная, чистец лесной. А в низинных болотах реки растет папоротник, который редко встречается на территории Сибири. «Но вот, что интересно: если мы посмотрим палеонтологический спектр, ту древнюю пыльцу и споры, которые сохранились в биологических слоях, то мы обнаружим, что это был основной тип экосистемы в доледниковое время. То есть, порядка двух миллионов лет назад, – рассказал Лащинский. – И до сих пор в отдельных логах этого бассейна мы имеем целиком сохранившуюся экосистему, существовавшую два миллиона лет назад». Мусорная концессия: ловушка для «невнимательных» чиновников >> По словам старшего научного сотрудника лаборатории зоомониторинга Института систематики и экологии животных СО РАН Елены Ядренкиной, река Издревая интересна не только окружающей растительностью, но и видами рыб. Вместе с речными окунями и пескарями в Издревой живут и виды, занесенные в Красную книгу Новосибирской области – сибирский подкаменщик, сибирский голец и сибирский голец-усач. По мнению Ядренкиной, появление мусорного полигона и увеличение антропогенной нагрузки на этот участок отразится на целостности рыбного населения. «Река Издревая по рыбохозяйственной значимости – водоток высшей категории. Это предусматривает необходимость жесткого контроля за качеством воды, ее потреблением на хозяйственные нужды. В этой связи, конечно, вызывает тревогу, необходимо оценить возможные угрозы дренирования агрессивных веществ с площади водосбора, – отметила Ядренкина. – Дело в том, что берега изрезаны оврагами, в условиях паводка, выпадения осадков, с территории все это сливается и стекает в основное русло». Появление мусорного полигона должно негативно отразиться и на проживающих в бассейне реки Издревая хищных птицах. Как рассказал координатор Российской сети изучения и охраны пернатых хищников Игорь Карякин, на этой территории живут порядка 80 видов птиц, 13 из которых – дневные хищники, составляющие «костяк» местной фауны, например, черный коршун, канюк, чеглок, а также совы. Для этих птиц особую опасность будут нести вороны, которые всегда появляются на мусорных свалках. «В зоне любого мусороперерабатывающего комбината, где есть открытые участки для сортировки мусора, происходит концентрация врановых птиц. С одной стороны, это вроде бы кормовая база, но когда их много, они сами начинают играть роль хищников, и ни один ястреб, который в нормальном ареале обитания специализируется на врановых, толпе из 25 врановых не может сопротивляться. Вороны начинают оказывать на хищников серьезный прессинг, и в радиусе шести километров от мусоросортировчных станций все хищные птицы исчезают, сохраняется только коршун», – заметил Игорь Карякин. «Мусорная» концессия оказалась на траектории полетов Су-34 >> Экспертное обсуждение строительства мусоросортировочного комплекса в Раздольном проходило на площадке «Общероссийского народного фронта». Резолюция обсуждения с просьбой перенести полигон от реки Издревая будет направлена в региональное правительство и другие органы власти. Местные активисты готовы предложить властям альтернативный вариант размещения мусорного комплекса – например, возле полигона СО РАН. «Главное – максимально и всеми силами добиться перенесения этого полигона с бассейна реки Издревая и предусмотреть альтернативный путь развития данной территории, – заключила Юлия Колеватова. – То есть, не как промышленной площадки, а как особо охраняемой природной территории, в виде кластерного заказника с дальнейшим приданием статуса природного парка всему бассейну Издревой».
19.12.2016
Сибкрай.ru
Оригинал статьи

Навык ориентации на местности помогает птенцам чаек защищаться от сородичей

Ученые Новосибирского государственного университета и Института систематики и экологии животных СО РАН провели исследование изменчивости поведения птенцов барабинской чайки и описали варианты поведения, способствующие наибольшей выживаемости.
Особенность развития птенцов барабинской чайки (Larus barabensis) состоит в том, что они сталкиваются с повышенным, по сравнению с другими менее крупными чайками, риском инфантицида (детоубийства) и каннибализма со стороны взрослых обитателей колонии. Когда птенцы появляются на свет, у чаек многократно вырастает агрессивность к соседям, и буквально за один-два дня родители «учатся» отличать собственных птенцов от чужих.
«Чужой птенец, с одной стороны, опасен для хозяев гнезда тем, что может своровать еду, предназначенную их собственным птенцам. С другой — это потенциальная добыча. А поскольку для крупной чайки простейший способ “прогнать” чужого птенца — это его убить, то взрослые птицы таким нехитрым способом совмещают задачи защиты выводка и собственного пропитания», — объяснил старший преподаватель ФЕН НГУ, кандидат биологических наук Алексей Друзяка.
В рамках исследования у каждого птенца оценивался уровень развития когнитивных способностей с помощью задачи на ориентирование в экспериментальной установке «Лабиринт», адаптированной для птенцов чайковых. В период насиживания кладок около ста гнезд птиц огородили вертикальным забором, высотой до 50 см. В одном замкнутом контуре оказывалось от 5 до 20 гнезд. Загородки не мешали птенцам и их родителям жить своей обычной жизнью, но в то же время позволяли ловить птенцов для регулярных измерений и взвешиваний и для проведения экспериментов. Исследователи протестировали в лабиринте 80 птенцов в возрасте от 8 до 23 дней. 20 из них подвергались испытанию повторно через несколько дней после первого эксперимента.
В ходе эксперимента птенца вначале подвергали достаточно сильному стрессу, имитирующему неудачную поимку хищником, затем предлагали ему относительно простую задачу на ориентирование — оставляли в центре незнакомого ему лабиринта и наблюдали 15 минут за попытками выйти.
По результатам теста экологи установили, что около 31,75% птенцов, выходя из лабиринта, использовали для ориентирования «внутреннюю информацию» — метод счисления пути, а около 45% птенцов выбирали путь случайным образом. Еще 23,75% птенцов не вышли из лабиринта в течение 15 минут после начала эксперимента, поскольку часто совершали продолжительные остановки на месте и, в результате, проделали меньший путь, чем было необходимо для того, чтобы выйти.
Исследователи сделали вывод о том, что условия раннего развития, связанные с качествами родительской пары (бюджетом времени и размером охраняемой территории) способствуют формированию у птенцов различных вариантов поведения в ситуациях, связанных с риском для жизни, каждый из которых способствует наилучшей выживаемости птенцов именно в этих условиях.
7.12.2016
Научная Россия
Оригинал статьи

Ученые из Новосибирска намерены разводить исчезающий байкальский эндемик ольхонскую полевку

Ученые из новосибирского Института систематики и экологии животных СО РАН намерены в лабораторных условиях выращивать исчезающий эндемичный вид ольхонских полевок и в дальнейшем выпускать подрощенных животных в исконные места их обитания для пополнения популяции, которая сегодня катастрофически сокращается.
Как сообщила сегодня, 8 ноября, пресс-служба ФГБУ «Заповедное Прибайкалье», пригодные для размножения две молодые разнополые полевки впервые были пойманы осенью на острове Ольхон, сейчас зверьки, названные Бориской и Мальвиной, помещены в лабораторию, где для них созданы максимально приближенные к естественным условия проживания.
«Для Бориски и Мальвины в жилище поддерживается уличная температура, для устройства гнезда им соорудили небольшие каменные скалы. По соседству с парой, в отдельном домике, живет еще один взрослый самец, отловленный ранее, - сообщила пресс-служба. - Полевки чувствуют себя хорошо, они утеплили свое гнездышко ватой и с наступлением холодов переходят к фазе зимовки: меняется их поведение, рацион, физическое состояние. Специалисты, наблюдающие за парой, отмечают, что ольхонские полевки утеплили свой домик сильнее, чем тувинские, что объясняется разными условиями обитания видов. Кроме того, они набрали больший вес, проявляют низкую физическую активность, дольше спят и перестают питаться сочными кормами».
Специалисты Института систематики и экологии животных СО РАН рассчитывают, что весной зверьки начнут размножение и уже в следующем году появится первая в истории лабораторная популяция ольхонской полевки.
Ольхонская полевка — редкий эндемичный вид, включенный в Красную книгу Иркутской области, обитает на ограниченной площади Прибайкальского национального парка, представленной участком Тажеранской степи, несколькими островами пролива Малое Море и островом Ольхон. Как отдельный вид ольхонская полевка выделена в 1960 году, до этого она считалась подвидом тувинской полевки. Несколько лет назад учеными была совершена попытка создания популяции ольхонской полевки в неволе, однако она не увенчалась успехом. Тогда удалось отловить трех самцов и одну самку, которая погибла от старости, не успев оставить потомство. Также не удалось получить гибридов между тувинской и ольхонской полевками, что подтвердило их значительное генетическое различие.
08.11.2016
Московский Комсомолец
Оригинал статьи

Спецпроект «Науки в Сибири»: Эмоции

Что такое эмоции? Откуда они берутся, для чего нам нужны, что творят с нашим организмом, какую роль играют в общественных отношениях? Возможно ли контролировать и менять их с помощью сознания или медикаментов? В рамках нашего проекта три эксперта — эволюционный биолог, психофизиолог и культуролог отвечают на эти вопросы.
Любовь. Ненависть. Печаль. Обида. Вина. Волнение. Зависть. Стыд. Восхищение. Вдохновение. Мы рассмотрим каждую из них, а сегодня поговорим про эмоции в целом.
Павел Михайлович Бородин — доктор биологических наук, заведующий лабораторией рекомбинационного и сегрегационного анализа ФИЦ Институт цитологии и генетики СО РАН, профессор кафедры цитологии и генетики Новосибирского государственного университета, член Комиссии РАН по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных данных, Научного совета по генетике и селекции РАН, Центрального совета Вавиловского общества генетиков и селекционеров. Научные интересы: эволюционная генетика, популяционная генетика млекопитающих, цитогенетика и молекулярная биология мейоза и рекомбинации.
Я думаю, у эволюционистов самый циничный взгляд на все это дело. Как я объясняю своим студентам, почему, несмотря на то, что мы знаем, что умрем, нам нравится жить? Почему нам нравится противоположный пол, кока-кола, сладкий торт и всё такое прочее? Ответ самый простой и примитивный: те, кому это не нравилось, давным-давно уже вымерли, и их среди наших предков не было. Индивиды, которых не привлекает жизнь, противоположный пол, возникают в каждом поколении, но они оставляют меньше потомства, чем те, кого всё это привлекает. Отсюда: положительными эмоциями являются те, которые ведут к передаче ваших генов следующим поколениям, способствуют повышению вашей жизнеспособности. А отрицательные — то, что этому препятствует. Или же они выступают некими сигналами об угрозе нашим основным целям: оставить потомство и выжить. По сути дела, отрицательные эмоции являются защитными механизмами, мобилизующими и способствующими преодолению жизненных трудностей.
Елена Алексеевна Дорошева — кандидат биологических наук, научный сотрудник Института систематики и экологии животных СО РАН, старший преподаватель кафедры сравнительной психологии Института медицины и психологии НГУ. Читает в университете курсы «Экспериментальная психология», «Физиология высшей нервной деятельности», «Психофизиология». Сфера научных интересов: временная перспектива личности, жизненный путь, идентичность, самосознание, психологическое благополучие.
С точки зрения психофизиологии, эмоция — это сложная вещь, которая включает в себя несколько компонентов. Первый из них — субъективное переживание. Мы узнаем о нем из рассказа человека о том, что он чувствует (радость, страх, горе и так далее). Второй — поведенческий. Например, когда мы злимся, у нас изменяется мимика, мы движемся по направлению к предмету злости. Третий — телесные изменения, которые сопровождают эмоцию и помогают реализовываться этому поведению: гормональные, со стороны вегетативной нервной системы и так далее. Например, при страхе в кровь выбрасывается большое количества адреналина, происходит возбуждение либо симпатической, либо парасимпатической нервной системы. Четвертый важный компонент связан с экспрессией: эмоции несут такую функцию как оповещение других о нашем состоянии. Например, когда у нас катятся слезы — это призыв к окружающим: «Помогите мне!».
Про субъективные переживания животных мы ничего сказать не можем (ведь их нельзя спросить, как они себя чувствуют), но улавливаем изменения в работе их вегетативной нервной системы и в биохимии, которая коррелирует с эмоциями. Что же касается экспрессии, то у социальных видов она есть: это поза, какие-то сообщения тела, а у наших близких родственников обезьян — еще и выражение лица, которое часто похоже на человеческое. Если же животное относится к виду, ведущему одиночный образ жизни, то гормональные изменения мы можем обнаружить, а экспрессия ни в позе, ни в чем-либо другом почти не проявляется, потому что нет этой системы оповещения других о своем эмоциональном состоянии, она просто не нужна.
Чувствами мы чаще всего называем субъективные переживания, которые представляют собой компонент эмоции. Когда вы говорите «я чувствую», это означает, что вы что-то у себя уловили, осознали и можете выразить словами. Кстати, интересно: вербализуются далеко не все эмоции. Среди них есть смешанные, когда трудно определить, что ты ощущаешь, потому что присутствует целый коктейль различных переживаний. И набор слов для отображения эмоций в разных языках далеко не одинаков. Например, на Таити нет слова «горе», мать, которая потеряла ребенка, по ее словам, испытывает «болезнь».
Есть классификация эмоций по длительности. Краткая — это аффект, когда человек «взрывается» и очень быстро успокаивается, бывают состояния средней продолжительности и интенсивности и те, которые длятся долго. То есть мы можем неделю ходить в одном и том же настроении, на фоне которого происходят какие-то всплески. Такое длительное настроение мы тоже можем называть «чувством».
Дмитрий Владимирович Долгушин — кандидат филологических наук, доцент кафедры литературы Гуманитарного института НГУ. Читает в университете курсы «История русской литературной критики XVIII–XIX вв», «История зарубежной литературы (период романтизма)» «Культурология», «Православная культура России» . Область научных интересов: творчество и биография В.А. Жуковского, русский романтизм, ранние славянофилы, религиозно-философские искания русского образованного общества первой половины XIX в.
Историю мировой культуры можно рассматривать как историю идей, можно – как историю художественных стилей, а можно и как историю эмоций. Хотя эмоции присущи любому человеку, независимо от страны и эпохи, но их набор, особенности, формы проявления, отношение к ним, определяются именно культурной средой, к которой человек принадлежит. Можно сказать, что культура задает «эмоциональные стандарты», «нормы» эмоциональной реакции на те или иные события. Культурология и занимается их изучением. Ее не интересует вопрос о природе, происхождении или предназначении эмоций, ее внимание сосредоточено на исследовании эмоций как «продуктов культуры» (Клиффорд Гирц), на специфике их бытования в разные века.
В последнее время история эмоций (the emotional history, the history of emotions) становится все более популярным направлением гуманитарных исследований. Истоки его обычно возводят к работам Люсьена Февра, Норберта Элиаса и К. Гирца, вышедшим в 1940 – 1960-х гг. Само перечисление этих имен (первый — французский историк, один из основателей знаменитой школы Анналов, второй — немецкий социолог, третий — американский антрополог) указывает, что направление это изначально формировалось как междисциплинарное, вписывающееся в проблемное поле культурологии, существующей на стыке других гуманитарных дисциплин.
Настоящий бум интереса к теме (нашедший свое выражение особенно в англоязычной литературе) пришелся на конец 1990-х — начало 2000-х гг., так что принято говорить об «эмоциональном повороте», произошедшем это время. Тогда был предложен целый ряд терминов и концепций, важных для исследования истории эмоций. Например, Уильям Редди в своей книге «Навигация эмоций» (2001) ввел термины «эмотивы», «эмоциональный режим», «эмоциональное страдание», «эмоциональные прибежища». С их помощью исследователю удалось создать оригинальную и весьма интересную концепцию французской истории к. XVIII – н. XIX вв. Барбара Розенвейн ввела термин «эмоциональные сообщества», которые и исследовала на примере раннего средневековья.
Из отечественных ученых наиболее последовательно историей эмоций занимается Андрей Зорин. Его работы (в том числе и недавно вышедшая монография «Появление героя» (М.: Новое лит. обозрение, 2016)) посвящены истории русской эмоциональной культуры конца XVIII — начала XIX в. Интерес исследователя именно к этому времени не случаен: сентименталистско-романтическая эпоха, как никакой другой период русской культуры, сосредоточена на чувстве, переживании. В книгах тогда искали не только знания, но и эмоциональные образцы, которые старались воплотить в собственной жизни. Недаром это время ознаменовалось расцветом эпистолярной и дневниковой прозы, на какое-то время превратившейся в посредника между жизнью и литературой: описывая свои эмоции на страницах писем и дневников, их авторы старались подражать переживаниям героев Руссо, Шиллера, Гете, Стерна, Карамзина, учились чувствовать, как эти герои.
Подробнее об исследованиях по истории эмоций можно прочитать во введении к указанной книге А. Зорина, в сборнике «Российская империя чувств. Подходы к культурной истории эмоций», в статье Ильи Виницкого «Заговор чувств, или русская история на “эмоциональном повороте”», а также в монографии Яна Плампера «The History of Emotions. An Introduction».
28.10.2016
Наука в Сибири
Диана Хомякова
Оригинал статьи

Заколдованный язык

Что такое язык? Где его границы? Присущ он только человеку или способность животных вступать в коммуникацию друг с другом и даже с людьми тоже является языком? На диалогах EUREKA!FEST-2016 в Новосибирском государственном университете филолог и биолог рассказали, как сегодня отвечает на эти вопросы наука.
Наблюдая за природой знака
«Понятие «язык» в своей современной трактовке оказывается более широким, чем то, из которого исходила традиционная лингвистика. Сама семиотика распадается на две ветви. Одна идёт от американской классической традиции Чарльза Пирса, другая принадлежит учению Фердинанда де Соссюра. Эти направления по-разному решают вопрос о соотношении языков животного и человека», — говорит главный научный сотрудник Института филологии СО РАН, профессор НГУ, доктор филологических наук Юрий Васильевич Шатин.
По Чарльзу Пирсу окружающие нас знаки делятся на разные типы в зависимости от того, насколько означающее и означаемое соотносятся друг с другом. Первый из них — это знаки иконические. Они основаны на сходстве означающего и означаемого (например, фотография). Второй вид — знаки индексальные, находящиеся в отношениях смежности или последовательности. Если мы идём по заснеженной улице и замечаем, как из трубы валит дым, то понимаем, что в этом доме топится печь, хотя ни самой печи, ни огня при этом не видим. Точно так же Робинзон Крузо, разглядев громадный след ноги на песке, догадался, что кроме него на острове находится ещё один человек. Третий вид знаков — условные или символические. Здесь отношения между означающим и означаемым никак не коррелируются. К ним относится абсолютное большинство слов естественного языка. Дом по-русски звучит как «дом», по-английски — «house», по-французски — «maison», по-итальянски — «casa» и так далее. Вряд ли кто-то из нас сможет угадать, как он будет именоваться по-индонезийски, это можно только выучить. И именно здесь пролегает резкая граница между языком человека и животных: если в первом случае имеет место совокупность символических знаков, то во втором — очень сложные комбинации иконических и индексальных.
По Пирсу, у животных сами процессы мышления присутствуют, но они носят принципиально иной характер, потому что всякий раз между означающим и означаемым возникают отношения либо сходства-подобия, либо смежности. Фердинанд де Соссюр, напротив, категорически отрицает возможность существования у животных языка, поскольку считает, что тот ограничен только словесной природой, построенной на асимметрии означающего и означаемого.
Современная коммуникология исходит из более сложной схемы, на фоне которой возникает такое явление как паралингвистика. В отличие от традиционной, она утверждает, что в процессе коммуникации мы используем не один, а два языка. Первый — это тот, с помощью которого мы передаём определённые мысли, а вторым является язык нашего тела, представляющий собой совокупность индексальных и иконических знаков (например, интонации, молчания, жестов, мимики и так далее). И эти две системы взаимодействуют. «Некоторые лингвисты говорят, что не всё можно выразить в словесном языке. Это и так, и не так. Всего в словаре Ожегова зафиксировано около 400 тысяч слов русского языка, в словаре языка Пушкина — четыре тысячи. То есть великому писателю понадобилась ровно 0,01 всего запаса для того, чтобы выразить всё, что он хотел сказать, — замечает Юрий Шатин. — Для чего тогда нужен наш телесный язык? Я думаю, именно здесь мы и наблюдаем встречу нынешнего языка человека, сложившегося в последние десятки тысяч лет, и языка животных. А дальше встаёт такой вопрос: каковы резервы того и другого?»
Если словесный язык продолжает работу в области символических знаков, образовывая и преобразовывая всё новые и новые символы, то телесный как раз и роднит нас с нашими предками, со стадиями человека, предшествующими гомо сапиенсу. Именно благодаря телесному языку оказывается возможным контакт человека со зверями. Словесный язык развёртывает сообщение последовательно во времени, в то время как жест и мимика как бы концентрируют в одной точке средства, дающие нам возможность выражать целостное.
Французский психоаналитик Жак Лакан построил свою теорию соотношения речи и языка, исходя из тех трёх выделенных Фрейдом уровней: сверхсознания, сознания и бессознательного. По его мнению, наше бессознательное структурированно как язык, в нём упакована большая часть всего, что частично находит выход в речи (в этом смысле она выполняет цензурную функцию, позволяя скрывать мысли), а частично остаются в виде своего рода нереализованных структур, некоторые из которых становятся неврозами.
Не менее важное значение имеет противопоставление синтагматики и парадигматики. Оказалось, что они очень тесно связаны с явлением асимметрии головного мозга. Основатель отечественной нейропсихологии Александр Романович Лурия ещё в 1940-е годы установил: разные полушария выполняют разные функции. Люди, раненные в правое, прекрасно помнили событие, но не могли восстановить их последовательность, а в левое — забывали действия и действующие лица. Это было положено в основу работы Романа Осиповича Якобсона о двух типах афазий, где он показал, что левое полушарие занято фонемами, а правое — самим звучанием. Человек с ранением правого полушария прекрасно понимает, что ему говорят человеческим языком, но никогда не отличит разницу между звуками симфонии, грома и рокота самолёта. И наоборот — тот, у кого повреждено левое, сохраняет музыкальные способности, но не понимает дифференцирующую роль фонем и не может участвовать в словесной коммуникации, заменяя её разными видами телесной.
«Теперь мы видим, что картина гораздо сложнее, чем представлялось ранее — не только мозг воздействует на язык, но и сам язык проектирует работу мозга», — заключает исследователь.
С трёх разных сторон
«Чаще всего открытия в науке совершаются тогда, когда найден какой-то принципиально новый метод. И то, что мы знаем о языке животных, очень сильно зависит от подхода, который мы применяем для его изучения, — отмечает заведующая лабораторией поведенческой экологии Института систематики и экологии животных СО РАН доктор биологических наук, профессор НГУ Жанна Ильинична Резникова. — Необходимо разграничить понятия «коммуникация», «язык» и «речь». С точки зрения этолога (того, кто занимается поведением животных), они совершенно разные. Первое — это обмен любыми сведеньями. Ситуацию, когда лиса съедает зайца, в каком-то смысле тоже можно считать коммуникацией. Речь — безусловно, прерогатива человека, но он общается не только с помощью неё». Определений языка существует великое множество. Так в книге знаменитого психолингвиста Ноама Хомски целая глава была посвящена только их перечислению. Дать одно, емкое и всеохватывающее, очень трудно, обычно используются таблицы, в которых описываются различные свойства языка. Одна из самых подробных из них составлена американским лингвистом Чарльзом Хоккетом.
Когда между животными происходит коммуникация, некоторые её сигналы нам очень легко понять, не прибегая ни к какой расшифровке. Однако если мы заглянем в таблицу Хоккета и проверим эти сигналы на такие свойства как продуктивность (способность комбинировать символы между собой для того, чтобы найти обозначение для какого-то незнакомого предмета) или перемещаемость (способность говорить о прошлом или будущем), то увидим, что это не язык. Так, брачные танцы рыбы-корюшки, где каждое движение самца обязательно соответствует ответному движению самки, безусловно, являются коммуникацией. Но она не обладает даже простейшим из свойств языка по Хоккету — взаимозаменяемостью. Два человека, несмотря на разные роли и ситуации, могут использовать один и тот же набор слов, здесь же у самца одни «слова», а у самки — совсем другие, и их нельзя поменять местами.
По последним данным из области изучения коммуникации животных видно, что восприятие человеческой речи собаками во многом сходно с восприятием речи людьми. Исследования на томографе показали: у нас активизируются одни и те же зоны мозга. Обезьяны, бабуины и голуби также могут отличить осмысленные слова от бессмысленного сочетания букв, подобно нам, у них выражена асимметрия мозга и разные полушария по-разному реагируют на стимулы. О чём нам это говорит? О том, что существуют какие-то глубинные врождённые механизмы, грамматические структуры (об их существовании у людей говорил ещё Ноами Хомски). И результаты 2015 — 2016 годов показали: некоторые корни этих структур мы можем найти и у животных.
Основных способов изучения языка животных насчитывается три. Самый древний и сложный из них — метод расшифровки сигналов. Так, учёные сегодня пытаются понять, общение дельфинов или волков — это язык или коммуникация, есть ли у них какие-то отдельные слова, складываются ли они в фразы? «Перед нами стоит чрезвычайно сложная задача. Представьте себе, что мы наблюдаем за чайной церемонией японцев, и пытаемся расшифровать, что они говорят на незнакомом нам языке. Мало того, что мы не знаем, где начинаются и кончаются слова, отдельные фразы, но даже если нам удастся вычленить какое-то часто употребляющееся слово, оно в разном употреблении может звучать по-разному, — объясняет Жанна Ильинична. — Для того чтобы расшифровать язык, нужно понимать хотя бы какие-то его слова, которые могли бы послужить ключом, иначе это дело безнадёжное».
Есть ли такие маячки в языке животных? Примеров успешно расшифрованных сигналов очень мало. Так, пчела, когда возвращается из места, где найдена еда, начинает описывать вокруг себя своеобразные восьмёрки. Этот вид коммуникации назвали языком танцев. В нём много параметров, больше 20. Перечислим основные: ось восьмёрки указывает на направление, в котором нужно лететь,а количество витков — на расстояние (оно может составлять до четырех километров). Причём знаки здесь не иконические, а, по-видимому, носят символический характер. И что удивительно, этот язык обладает свойствами перемещаемости. То есть пчела вносит поправку на движения солнца, а значит, имеет представление, что было в её недалёком прошлом, и что будет в будущем, когда сородичи, наблюдающие за танцами, полетят по её наводке при уже несколько переместившемся светиле. Долгое время этот факт пытались оспорить, говорили, что, скорее всего, пчёлы ориентируются по запаху. Но претензии иссякли после того, как в середине 1990-х учёные сделали механическую пчелу-пчелу-робота — опираясь только на продемонстрированный ею танец её живые «коллеги» находили правильное направление.
Другой удачный пример расшифровки языка коммуникации животных, вошедший во все учебники — так называемый язык криков зеленых мартышек. Впервые он был описан в конце 1960-х годов, детальные эксперименты поставили в 1990-х. Оказывается, у этих обезьян для трёх разных типов хищников есть три разных типов сигналов. Если опасность грозит с воздуха, они издают один, если видят в траве змею — другой, леопарда — третий. А вести себя надо при этом совершенно по-разному. От леопарда прячутся высоко на дереве, от орла — в кустах, при виде змеи необходимо вставать на задние лапы и внимательно вглядываться в траву. Путать эти сигналы — фатально. Когда исследователи стали эти звуки различным образом изменять (варьировать длительность, высоту, частоту) и проигрывать мартышкам на магнитофоне, оказалось: вне зависимости от того, кто и как их произносит, они узнаваемы в любом виде, то есть имеют семантическую природу. Можно сказать, что это три слова, расшифрованные в языке мартышек. Но сами авторы исследования одну из своих программных статей назвали «Слова без языка». Обезьяны не могут комбинировать эти символы, выражать ими другие понятия, способность этих животных что-то сказать о своем прошлом или будущем тоже под большим вопросом.
Есть также некоторые успехи в изучении языка волков и дельфинов. У первых расшифровано только одно «слово» — сигнал одиночества, про вторых известно, что они различают своих сородичей по именам. У каждого дельфина есть сигнал, соответствующий его индивидуальности. Все остальные сложные последовательности звуков пока остаются для учёных недоступными. Хотя поле для исследований большое. Так известно, что у разных групп касаток (а также пчёл и птиц) есть даже отдельные диалекты, и их понимают их потенциальные жертвы. Одни касатки охотятся на рыбу, другие — на тюленей, и если тюлени слышат говор первых, то никак не реагируют, если вторых — моментально ныряют.
Второе направление, которое сделало настоящую революцию в нашем понимании «лингвистического потенциала» животных — это применение языков-посредников, позволяющих вступить с животными в диалог. Первыми их догадались использовать в этих целях супруги Аллен и Беатрис Гарднер, обучившие амслену (американскому языку жестов) шимпанзе Уошо. Вопреки распространённому заблуждению, язык жестов имеет не столько иконический, сколько символический характер — большинство из этих знаков носят абстрактный характер и ничего не изображают. «Обезьяны освоили язык, для них искусственный, хотя их естественная система коммуникации осталась совершенно неизученной. Мы не знаем, каковы её возможности, но можем судить о «лингвистическом потенциале» этих животных», — отмечает Жанна Резникова.
Один из основных признаков языка в таблице Хоккета — это продуктивность. Обезьяны, обученные языку жестов, умеют выражать понятия, для которых у них нет отдельного слова. Например, увидев лебедя, подопытная изображала его двумя последовательными знаками:«вода», «птица», а огурец — «зелень», «банан». Подобных примеров очень много. Обезьяны могут на этом языке шутить и ругаться — так служителя, который не выпускает их из клетки, они называли «ты, грязный Джек, твёрдый орех» — и даже придумывать образные выражения. Орангутанг, глядя на шланг, изображал знак слона. Когда ему говорили: «Ты же видишь, это шланг», он отвечал: «Да, шланг, но похож на хобот».
Для общения с обезьянами был разработан даже специальный язык-посредник. «Словами» в нём выступают картинки, которые исследователи показывают подопытным на табличках или экране компьютера. Знаки здесь носят не иконический, а вполне символический характер. Например, яблоко изображается голубым треугольником на коричневом фоне. Этот язык отвечает почти всем признакам таблицы Хоккета, с помощью него обезьяны могут составлять целые осмысленные предложения, обладающее грамматической структурой. Языки-посредники использовались также в общении с дельфинами и с попугаями, предпринимались попытки применять их для диалога с собакой.
«Третий подход, который мы предложили с моим соавтором — это теоретико-информационный. Его основной принцип: мы не пытаемся расшифровать сигналы, а судим о возможностях языка по количеству, скорости информации и сложности передаваемого сообщения», — рассказывает Жанна Резникова.
В основе этих экспериментов лежит придуманное американским математиком Клодом Шенноном измерение информации в битах. Бит — это один бинарный выпад — орёл или решка, направо или налево. Исследуя, сколько таких сведений передаёт за акт коммуникации то или иное животное, можно делать предположение о его лингвистическом потенциале.
«Мы занимаемся рыжими лесными муравьями. Это, может быть, самые умные муравьи на земле. К счастью, они с нами соседствуют. И если вы вспомните сказку Бианки «Как муравьишка домой спешил» и сопоставите размеры этого насекомого и трёхмерное дерево, на котором ему надо найти на определённой ветке определённый листик, где находится колония тли, выделяющей сладкий нектар, вы поймёте сложность задачи, стоящей перед муравьями, предающими друг другу информацию», — говорит Жанна Ильинична. В лабораторном эксперименте исследователи выстроили прототип «бинарного дерева». После того как разведчик находил еду, ему давали пообщаться с сородичами в прозрачном гнезде. Учёные измеряли время, которое он затрачивал на передачу сведений, потом его изолировали, заменяли дерево на точную копию (чтобы избежать влияния пахучего следа) и давали муравьям возможность самим найти нужную веточку, пользуясь только полученными сигналами.
«Мы находимся в примерно таком положении, как героиня пьесы Гоголя «Женитьба» Агафья Тихонова, которая никак не могла выбрать жениха и говорила, что вот было бы здорово, если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича. Каждый метод обладает своими достоинствами и недостатками, — отмечает Жанна Резникова. — При расшифровке сигналов мы исследуем прежде всего естественную систему коммуникации животных, но можем изучать только небольшие фрагменты языка у очень небольшого количества видов — лишь у тех, у кого повторяющиеся ситуации соответствуют чётко различающимся сигналам. Языки-посредники дают хорошее представление о лингвистическом потенциале тех немногих видов, с которыми можно вступить в диалог, но их естественная система коммуникации остаётся нерасшифрованной, и мы о ней практически ничего не знаем. В теоретико-информационном подходе исследуются естественные системы коммуникации, и мы получаем хорошее представление о лингвистическом потенциале некоторых видов животных, но только тех из них, которых жизнь заставляет передавать конкретную информацию».
26.10.2016
Наука в Сибири
Диана Хомякова
Оригинал статьи

Кто самый умный на Земле?

Если говорить о некоторых проявлениях интеллекта, то люди, как свидетельствует биология, вовсе не венец эволюции.
В рамках фестиваля «EURЕKA!FEST-2016» прошла открытая лекция о разнообразии когнитивных потенциалов в животном мире. Заведующая лабораторией поведенческой экологии Института систематики и экологии животных СО РАН, профессор НГУ доктор биологических наук Жанна Ильинична Резникова рассказала о скрытых возможностях братьев наших меньших и о том, в чем они могут соревноваться с человеком.
Исследовательница изучает язык животных и их коммуникации, но выступление на фестивале посвятила возможностям интеллекта разных зверей. Одно из самых интересных и ярких проявлений умственных способностей и у фауны, и у человека — это умение оценивать количество объектов, проще говоря, способность считать. Как показывают исследования, самыми способными счетоводами являются полевые мыши. В экспериментах, проведенных учеными ИСиЭЖ СО РАН, зверьки продемонстрировали очень высокие результаты. Они могли отличать изображения с восьмью фигурками от изображения с девятью (что является плохо различимым множеством). Такому достижению могут позавидовать некоторые племена Южной Америки — 2005 году в джунглях Амазонки нашли несколько родственных племен, в чьем языке нет чисел больше четырех.
Другим животным, показывающим умение считать, является хомяк, однако его возможности гораздо скромнее. Из тридцати подопытных особей только две научились разделять хорошо различимое множество — пять от десяти. Это считается довольно простой способностью, так как разницу видно «на глаз». Однако грызуны прекрасно решают другую задачу — поиск входа в укрытие. Полевые мыши, упомянутые выше, с этим упражнением не справляются. «Это уже говорит о том, что интеллект у разных видов, принадлежащих к фауне, в разных доменах (областях) работает неравномерно. Зачастую животное можно научить только одной задаче, а другую он выполнить не сможет» — рассказывает Жанна Резникова.
Так, например, запасающие звери и птицы (кенгуровые крысы, белки, сойки) могут запоминать расположение тысяч тайников, что превосходит возможности человека. Это не значит, что они способны решать арифметические задачи, но зато прекрасно ориентируются в расположении своих хранилищ и используют эти знания в социальных взаимодействиях.
Домен запоминания лиц у шимпанзе мощнее, чем у человека. Проводилось два эксперимента: в первом приматам показывали две фотографии — одна — изображение обезьяны, которую подопытный никогда не видел, а вторая — знакомой. За поощрение (изюм) шимпанзе точно выбирали знакомый портрет. В ходе второго эксперимента на обеих фотографиях были известные подопытному особи, нужно было понять, являются ли они родственниками. Оказалось, что животные в подобных экспериментах могут запоминать больше лиц, чем люди.
По словам ученого, голуби проявляют удивительные способности к категоризации. Во время проводимых опытов им требовалось выбрать из двух картинок ту, на которой изображено дерево. Выяснилось, что у птиц умение распределять предметы по категориям развито на уровне трехлетнего ребенка.
Продолжая разговор о том, что интеллектуальные способности у животных в группировках распределяются очень неравномерно, ученый рассказала об экспериментах с пчелами. Такую простую задачу, как отличить желтый круг от синего, решают все пчелы, но требующую абстрагирования — опознать треугольник среди других геометрических фигур, в каком бы он виде ни был изображен — очень немногие, примерно 10%. Еще более сложные решают уже только 2-3% особей.
Муравьи тоже очень сильно различаются по своим способностям. У этих насекомых распределение умений связано с социальными ролями. Считать и передавать информацию о подсчетах, например, могут только муравьи-разведчики. Муравью-солдату такие навыки не нужны. Зато он легко жертвует жизнью, чтобы защитить свою группу. По словам Жанны Резниковой, у каждой популяции их обучение зависит от самых разных обстоятельств. Например, у сурикат способность справиться со скорпионом зависит от того, насколько у них умелый учитель.
«Многие виды проявляют чудеса интеллекта, но в пределах определенных доменов. Способности разных особей, сообществ, популяций могут сильно отличаться. Это обусловлено тем, что члены животных сообществ плохо перенимают навыки у своих собратьев. Поэтому, даже если несколько особей в популяции проявляют сообразительность — как, например, два орангутанга на острове Борнео, которые научились ловить рыбу — они не могут передать эти умения сородичам. Разум человека универсален. К тому же, человек обладает высокой способностью к социальному обучению, к подражательству, склонности учиться у других членов своего социума» — резюмирует исследовательница.
06.10.2016
Наука в Сибири
Мария Вьюн
Оригинал статьи

В Новосибирске нашествие ежей

В Новосибирске нашествие ежей. Этих млекопитающих видят в разных районах мегаполиса и в пригороде. В последнее время – все чаще. С чем связан выход ежей к людям и стоит ли бояться колючек.
А вы видели ежа? Этим вопросом жителей мегаполиса не удивишь. Колючих животных замечал, чуть ли не каждый, кто живет близ парков и лесов. Особенно этой осенью. Ученые утверждают - ежи - стремятся на восток - их численность растет - территория обитания увеличивается. С приближением холодов белогрудые ежи – все ближе к новосибирцам. Делают запасы перед спячкой. Поймать их сегодня можно и без ежовых рукавиц.
Достаточно зайти в заросли уверяют на просторах интернета.
Анастасия Шарабурова, Корреспондент: «Специалисты не советуют охотиться на ежиков. Эти колючие животные переносчики многих заболеваний. Но все же мы решились отправиться на поиски ежей. В Академгородке, где их встречают чаще всего».
Несколько часов поисков – успехом не увенчались. Это не удивительно – еж – животное ночное. Днем спит. А после пробуждения отправляется на поиски пищи. Именно в сумерках его и встречают новосибирцы.
Неуловимый белогрудый сегодня все же попал в объектив телекамеры. Правда в одном экземпляре и… за стеклом. Чучело - самого распространенного в Сибири вида находится в Институте систематики и экологии животных. Много лет. В природе ежи живут не больше трех. В неволе - могут до два раза дольше. Юрий Литвинов, Заместитель директора ИСиЭЖ СО РАН по научной работе, Доктор биологических наук: «Могут жить в неволе, но для содержания он не очень удобный зверь, поскольку целый день он неактивный, а ночью начинает проявлять активность, бегать топать, шуметь и, в общем-то он в содержании не очень удобный».
Находятся, те, кто готов приютить живую колючку. И если самому поймать не удалось помогают интернет-умельцы. На сайтах объявлений предложений достаточно: от экзотических до самых обычных экземпляров. Как рассказал «Вестям» один из продавцов дело это прибыльное. Без улова из леса ни разу не уходил. Есть свои секреты, но делиться ими не готов. Конкуренция на ежином рынке высокая, как и концентрация этих млекопитающих в новосибирских лесах.
13.09.2016
ВЕСТИ Новосибирска
АНАСТАСИЯ ШАРАБУРОВА, ЕВГЕНИЙ ЖИВАЕВ
Оригинал статьи

Новосибирские ученые разрабатывают безопасный биопрепарат против комаров

Комары в этом году появились в Новосибирской области значительно раньше обычного. Теплая весна. Ждать ли сибирякам нашествия кровососущих? И насколько опасны они могут быть?
Олеся Герасименко, Корреспондент: «Болото или несоединённый с речкой водоём, с пожухлой травой и листьями на дне. Идеальное место для размножения комаров. Здесь личинок - до тысячи штук на одном квадратном метре».
Кому-то - противные и бесполезные. Для учёного - ценный материал. В бутылки - и прямиком в лабораторию. Для начала - разобраться, от чего гибнут личинки.
Виктор Ходарев, старший научный сотрудник Института систематики и экологии животных СО РАН: «Мы выделяем бактерии из погибших насекомых. Вырастили их на питательных средах, и теперь эти колонии изучаем под микроскопом».
Мутный раствор полон бактерий. Опытным путём учёные выясняют, какая концентрация окажется смертоносной. Будущая основа - для биопрепарата против комаров. В отличие от химии - он абсолютно безопасен для человека и других насекомых.
Виктор Ходарев, старший научный сотрудник Института систематики и экологии животных СО РАН: «Почему препарат направлен в основном против личинок. Обработал водоём – и всё, личинка уже не вылетит, а против эмаго – взрослого насекомого - работать очень сложно».
Пьют кровь, досаждают, вызывают аллергию. А ещё - переносят инфекции. Лихорадку Западного Нила в Новосибирской области обнаружили в 2004-м сотрудники центра "Вектор". В Сибирь вирус могли занести перелётные птицы. Вероятно, комар укусил пернатого - затем человека. Пищат над нами и малярийные кровососы. Благо, последние годы случаев заражения - нет.
Учёные, которые комаров готовы ловить на себе, кажется, ничего не боятся. Главное - наука. В этом году работать с личинками начали как никогда рано. Прежние представления о насекомых смешала погода.
Агния Мирзаева, старший научный сотрудник лаборатории зоологии беспозвоночных животных Института систематики и экологии животных СО РАН: «Нынче она влажная, но очень теплая. Для нас стало сюрпризом, что мы вообще пока среди личинок не увидели холодолюбивых видов. Пока ещё выплод идёт, пока появляются только теплолюбивые, полициклические, но и странно, что они уже вылупились и нападают».
Те, что любят холод, откладывают яйца всего раз за сезон. Теплолюбивые комары - по два, а то и три раза. Досаждать могут вплоть до сентября. Однако многое зависит от погоды. Комары к ней крайне чувствительны. Будет слишком холодно или, наоборот, жарко - личинки погибнут. Предварительный прогноз на лето. Снег сошел быстро, паводок - пока - не критичный - так что армия кровососущих в этом году свирепствовать не должна.
26.04.2016
ВЕСТИ Новосибирска
Оригинал статьи

Ранняя весна разбудила шмелей и комаров

Аномальное весеннее тепло в Новосибирске разбудило шмелей, комаров и бабочек раньше на пару недель.
Как рассказал заведующий лабораторией систематики беспозвоночных животных Института систематики и экологии животных СО РАН, д.б.н. Анатолий Баркалов, насекомые действительно проснулись раньше на 10–14 дней обычного срока из-за теплой весны. Однако он подчеркнул, что это обычное природное явление, не связанное с глобальным потеплением.
Кроме шмелей, о которых НГС.НОВОСТИ сообщили читатели, в Новосибирске появились мухи, стрекозы, бабочки, водные жуки, жуки-навозники, ночные бабочки и комары. «Не только шмели, но и другие опылители появились, и им есть уже что опылять, уже цветут первоцветы», — заметил ученый. Кроме того, даже если бы насекомые проснулись еще раньше, для них пробуждение было бы неопасным — внезапное похолодание заставило бы их снова уснуть до окончательного наступления тепла.
Анатолий Баркалов затруднился спрогнозировать, будет ли летом 2016 года много комаров. «Если будет много воды — может быть комариный год», — заключил он.
18.04.2016
НГС.Новости
Оригинал статьи

Ученые фиксируют небывало ранний прилет птиц в Новосибирскую область

Птицы изменили графики перелетов. Многие вернулись с зимовки раньше на несколько дней. Ученые говорят - такого не было много лет. И ищут объяснение. Одно из самых вероятных - ранняя весна.
Березовая роща на окраине поселка в Новосибирском районе. Колония грачей. На деревьях десятки гнезд. Птиц - не меньше двух сотен. Гвалт на всю округу. Громче, чем собачий лай. В конце мая, судя по всему, можно будет оглохнуть. Выведут птенцов. Пока - семейные баталии. Птичьи споры, битвы- за стройматериал для гнезд. У этого видимо передышка. Красуется - будто перед камерой - на проводах. Они вернулись непривычно рано. Прямо птичий рекорд. Не в середине, а в десятых числах марта. У ученых есть только одно объяснение - ранняя весна. Они зимуют средней Азии, на юге Казахстана - видимо и туда рано пришло тепло.
Алексей Яновский, научный сотрудник Института систематики и экологии животных СО РАН: «По-видимому и там все эти погодные изменения шли с опережением, и они вот так вот на 10-12 дней раньше обычного. Даже не раньше обычного, а раньше самых ранних сроков прилетели».
Но абсолютные рекордсменки в этом году - сороки. Гнездо на площади Лыщинского. Рядом с Коммунальным мостом. С февраля! Белобокая уже на кладке, ждет птенцов.
Алексей Яновский, научный сотрудник Института систематики и экологии животных СО РАН: «До этого года первые сорочьи гнезда не появлялись раньше марта. А теперь вот, в этом году, несмотря на то, что довольно холодно было и зима, они как чувствовали, что весна будет ранняя, дружная».
Возможно, и вправду почувствовали. Хотя обычно ориентируются пернатые на фотопериод, весна для них наступает 21-го марта, когда увеличивается продолжительность светового дня, но в этом году грачи, сороки точно не заглядывали в календарь. Из птичьего графика чуть не выбились коршуны - прилетели на день раньше, но зимуют далеко - Пакистан, Бирма, Бангладеш. Туда новости о сибирской ранней весне видимо не доходят, а вот чайки о потеплении откуда-то узнали. Транзитом, через Новосибирск - добираются до своих летних домов. Водоемов.
12.04.2016
ВЕСТИ Новосибирска
Оригинал статьи

Новосибирские белки впали в гон

В последние дни марта на улицах Академгородка, в парках и других озелененных местах горожане наблюдают большое количество белок, иногда по 3-4 животных одновременно.
Как рассказал заместитель директора по научной работе Института систематики и экологии животных СО РАН Юрий Литвинов, повышенная активность белок объясняется тем, что у них начался гон. Брачный период у белок продлится около месяца. Постоянных пар белки не образуют. В конце весны – начале лета родятся бельчата. Белки Академгородка настолько сжились с людьми, что некоторые из них, возможно, устраивают гнезда для потомства не только в дуплах, как это свойственно этому виду, но и на чердаках домов, предположил Юрий Литвинов.
Также замдиректора по научной работе ИСиЭЖ СО РАН пояснил, что кроме брачной активности заметность белок в Академгородке объясняется тем, что в этом году их больше обычного. «Белки успешно перезимовали, зима была теплая, и их поголовье чуть больше среднего», — пояснил господин Литвинов.
28.03.2016
НГС.НОВОСТИ
Оригинал статьи

Как тебя зовут, мимимишка?

В зоопарке гадают, как назвать новорожденного медвежонка, — узнав пол, новосибирцы завалили зоопарк самыми необычными предложениями
Работники новосибирского зоопарка определили пол новорожденного полярного медвежонка — Герда и Кай стали родителями еще одной девочки. Пока трехмесячная малышка не получила имени, горожане уже предлагают свои варианты. НГС.НОВОСТИ узнали, почему зоопарк медлит с выбором имени, как поживает первенец Кая и Герды в Стране восходящего солнца и как проводят детство медвежата в суровых условиях Арктики.
На прошлой неделе в Новосибирском зоопарке определили пол новорожденного белого медвежонка — это снова оказалась девочка. Вторая дочка у четы полярных медведей Герды и Кая появилась на свет 7 декабря, но о ее рождении зоопарк объявил только в феврале. Трехмесячная малышка уже подросла, окрепла, и не боится выходить из берлоги на прогулку. Выбор имени для медвежонка откладывали, потому что не был известен пол детеныша — но теперь зоологам ничто не мешает.
В зоопарке сообщили, что пока не уверены, будут ли устраивать всеобщее голосование за имя медвежонка, как это было с Шилкой в 2014 году.
«Мы пока решаем, будет ли проводиться какой-то конкурс. Тогда был очень большой ажиотаж, но мы не хотим, чтобы был фанатизм вокруг животных. В ближайшее время мы примем решение», — рассказала заведующая научно-информационным отделом Новосибирского зоопарка Евгения Пирожкова. Пользователи социальной сети «ВКонтакте» на официальной странице зоопарка, не дожидаясь начала конкурса, стали активно предлагать свои варианты имени медвежонка: Эльза, Льдинка, Снежинка. Среди самых необычных вариантов — имя Герка, которое соединяет имена родителей Герды и Кая. Кстати, некоторых животных, например пони, в зоопарке действительно раньше называли по похожему принципу — в кличке должны быть первые буквы имени родителей.
Сейчас малышка чувствует себя хорошо, играет со снегом и краюшками хлеба и не отходит далеко от своей мамы. Заботливая Герда помогает дочери спускаться и подниматься по ступеням вольера — для лохматой крохи они еще велики. Вскоре, когда бассейн наполнят водой (случится это ориентировочно в течение месяца. — Д.Я.), Герде предстоит научить младшую дочь одному из любимейших занятий белых медведей — плавать.
Старшая сестра новорожденной медведицы Шилка уже год как живет в зоопарке Тенноджи японского города Осака. Новосибирцы так привязались к Шилке, что просили оставить ее на родине, но медведицу отправили за границу по международной программе распространения редких видов, в которой участвует Новосибирский зоопарк. На новом месте молодую Шилку переименовали в Акме-Чан, что в переводе на русский язык означает «Верх совершенства». Кроме того, у новосибирской медведицы появилось ласковое прозвище И-чан. В японском зоопарке она с удовольствием плавает, играет с пластиковыми конусами, мячами и канистрами, а прыжки в воду приводят японскую публику в полный восторг.
Как и в случае с рождением Шилки, горожане устроили жаркие споры о судьбе белого медвежонка, который родится и вырастет в неволе. Заместитель директора по научной работе Института систематики и экологии животных СО РАН Юрий Литвинов рассказал:
в природе ее детство не было бы таким беззаботным, а маме-медведице пришлось бы много охотиться и оберегать малыша от сородичей.
«У белых медведей большая приспособленность выращивать потомство в высокоширотных условиях, но опасности на каждом шагу. В природе также рождаются один или два, а иногда три медвежонка. Вероятность выжить в природе у него меньше. У родившей медведицы главная задача — прокормить себя и медвежонка, который всегда с ней. Есть моменты, когда ей просто тяжело добывать пищу. Они питаются ластоногими, тюленями, подкарауливают их у проруби, ныряют за ними. Медвежонок ждет маму поблизости. Вдобавок голодные взрослые самцы белого медведя могут съесть медвежонка. Самка в этот период ведет себя агрессивно по отношению к самцам, может даже подраться с ними», — объясняет ученый.
По словам Литвинова, объяснить, почему у Кая и Герды второй раз подряд родилась девочка, нельзя — как и у людей, это дело случая.
Встречавшие белых медведей в природе признают, что столкнуться с белой медведицей в окружении медвежат — серьезная опасность. Начальник радиостанции ледовой базы «Мыс Баранова» на острове Большевик Северной Земли Николай Плешивцев рассказывает, что белые медведи частенько ходят через их базу осенью и весной, а однажды к ним заглянула медведица с целым выводком. «Как-то раз заходила медведица с тремя медвежатами. Пришлось заводить погрузчик, чтобы шумом и фарами их прогнать. Пока они питались у камбуза, чем нашли — от собак еда осталась, — она отгоняла собак, чтоб медвежата поели. У них здесь тропа через нашу станцию, по которой они переходят с одного места на другое», — вспоминает свои встречи с медведями радист. Нынешней весной полярники еще не видели белых медведей. Г-н Плешивцев пояснил, что совсем скоро, в апреле, эти хищники начнут регулярно проходить через станцию.
28.03.2016
НГС. Новости
Дарья Януш
Оригинал статьи

Вирус Западного Нила где-то рядом

Сибирские ученые обнаружили в клещах, обитающих на территории Западной Сибири, вирус лихорадки Западного Нила. В ряде случаев, ее проявления совпадают с симптомами клещевого энцефалита.
Изучение ВЗН ученые Института химической биологии и фундаментальной медицины СО РАН начали с прошлого года, когда к ним обратились коллеги-вирусологи из Омского НИИ Природно-очаговых инфекций Роспотребнадзора, занимавшиеся исследованиями вируса клещевого энцефалита. Они предложили новосибирским ученым посмотреть образцы, предположительно содержащие возбудители лихорадки Западного Нила. Надо отметить, что оба заболевания относятся к инфекциям, которые в тяжелых случаях поражают центральную нервную систему.
— Мы взялись за работу, потому что имеем возможность проверить материал на молекулярно-генетическом уровне. Оказалось, в этих образцах присутствует неоднородный вирус Западного Нила, например, в нескольких из них мы нашли сразу две генетических линии вируса: 1а и 2. Известно, что линия 1а, патогенная для человека, существует по всему миру, а 2 — регистрируется в России с 2004 года, — рассказывает младший научный сотрудник лаборатории молекулярной микробиологии, кандидат биологических наук Сергей Евгеньевич Ткачев.
Исследователи создали специальную систему, в которой узнаются специфические участки генома, относящиеся исключительно к лихорадке Западного Нила: она позволяет выделить фрагмент, определить его последовательность, после этого ученые сравнивают ее с имеющимися уже в базе данных.
— Наши коллеги из ИСиЭЖ СО РАН проводят сборы клещей с определенных участков, представляющих для нас интерес, и мы исследуем образцы на спектр заболеваний, — объясняет Сергей Евгеньевич.
Вирус Западного Нила впервые был выделен из крови больного человека в 1937 году в Северной Уганде. В 50-х годах был замечен на территории средиземноморского побережья, и наибольший интерес к нему возник после обнаружения в 1999 году на территории США. Примерно с того времени ученые установили, что вирус стал активно распространяться по миру. Сейчас он встречается на всех континентах за исключением Антарктиды, и его главным переносчиком являются комары.
Вирус лихорадки Западного Нила был найден и описан на территории западной Сибири и раньше. Например, сотрудники из ФБУН ГНЦ ВБ «Вектор», под руководством профессора Валерия Борисовича Локтева находили его в образцах клещей в Томской области и в нашем регионе.
Однако жизненный цикл вируса связан еще и с птицами, прежде всего, водоплавающими, но часть других, в частности, вороновые бывают его носителями. Следует отметить, что животные либо совсем не болеют, либо их заболевания протекают бессимптомно, что позволяет переносить инфекцию при миграции в другие места. Зачастую, на зараженных птицах паразитируют клещи Ixodes pavlovskyi, открытые недавно ИХБФМ СО РАН совместно с исследователями из ИСиЭЖ СО РАН. Последний вид очень распространен на территории новосибирского Академгородка, так же как и таежные клещи Ixodes persulcatus.
— Мы нашли возбудитель ВЗН в птицах, обитающих на территории Западной Сибири. В частности в Омской области — во взрослых грачах и их птенцах, а также в клещах-паразитах, проживающих в их гнездах. Всего выявлено 12 образцов вируса среди клещей и птиц, у последних этот вирус был найден в нервной ткани — в мозге. Следует отметить, что встречаемость вируса Западного Нила очень низка, пока в природных очагах мы не смогли обнаружить, отыскали его только в коллекции: люди проводили скрининг образцов членистоногих, и в одном из них предположительно находился вирус Западного Нила. Но, в принципе, известны случаи, когда после укуса человек заболевал, у него были симптомы энцефалита, но это заболевание не выявлялось лабораторными методами, — говорит ученый.
Около 80% людей, инфицированных вирусом, не проявляют никаких клинических симптомов. Они переносят заболевание в легкой форме, даже не замечая заражения, а потом выздоравливают. Оставшиеся 20% подвергаются тяжелым поражениям центральной нервной системы.
Своей работой ученые доказали, что вирус способен циркулировать и в наших природных очагах. Кроме того, раньше считалось, что он переносится только комарами, но получается, и клещи тоже способны его передавать, хотя и значительно реже. Поэтому, при постановке диагноза, в частности, в тех случаях энцефалита, которые не могут быть выявлены, нужно учитывать возможность заражения лихорадкой Западного Нила. Специфического лечения против такого заболевания нет, проводится обычная противовирусная терапия и симптоматическое лечение.
— Бороться с вирусом Западного Нила сложно, ведь его движение напрямую связано с птицами. Никто не будет уничтожать всех птиц только для того, чтобы избавиться от возбудителя болезни. Эффективным способом снизить его распространение и вероятность заболевания – это борьба с переносчиками, т. е комарами. То же самое происходит с вирусом клещевого энцефалита. Нужно травить клещей в парках, детских садах, но, тем не менее, невозможно от инфекции освободиться полностью, потому что основные его резервуары — это мелкие млекопитающие, — объясняет Сергей Ткачев.
По словам ученого, необходимо проводить профилактические меры, например, нельзя допускать загрязнение пространств: клещей нет там, где газон подстрижен, ведь им для комфортного обитания нужна высокая трава, внутри которой влажно и не жарко. Если территория захламлена кустарником, упавшими ветками, то в таких местах мелкие млекопитающие чувствуют себя особенно хорошо, и они будут переносить с собой клещей. То же самое нужно делать и в случае с комарами – не допускать заболоченности территорий, бороться с сыростью в подвалах и т.д. Если соблюдать все эти меры предосторожности, то шанс заразиться вирусами будет минимальным.
25.03.2016
Наука в Сибири
Дарина Муханова
Оригинал статьи

«Мы называем их Макиавелли в шерсти»: новосибирские этологи о нравах животных и людей

Зачем шимпанзе бьют своего соплеменника, усыновившего шимпанзенка-сироту, сложно ли питаться муравьями и воровать у них еду, какой странный выбор делают хомяки и почему это важно для понимания человека. Наталья Гредина поговорила с сибирскими биологами о поступках зверей, насекомых и не только.
Новосибирская лаборатория поведенческой экологии сообществ в Институте систематики и экологии животных СО РАН — одно из немногих мест в России, где внимание ученых сосредоточено именно на поступках животных. Лабораторией заведует доктор биологических наук профессор Жанна Резникова, кроме нее здесь работают семь научных сотрудников и несколько аспирантов, магистрантов и студентов, и все они пытаются решить главные загадки человеческого существования, обращаясь, правда, с вопросами к муравьям, грызунам и синицам.Лаборатория начала свою работу в 2009 году, до этого времени этологи изучали лишь насекомых, но сегодня они работают и с позвоночными, ставят эксперименты и пользуются передовой техникой. Во время интервью с кандидатом биологических наук и старшим научным сотрудником лаборатории Софьей Пантелеевой к беседе подключились и ее коллеги: младший научный сотрудник Ян Левенец и аспирант Алексей Маслов. В результате получился своеобразный круглый стол о тенденциях современной этологии, а также о том, как жить.
Вопрос, который мы задаем природе
Тайга.инфо: Расскажите, чем занимается ваша лаборатория?
Софья Пантелеева: У нас есть разные направления исследований. Конечно, муравьи остались основным объектом исследования, но вот, например, Алексей Маслов изучает взаимодействие муравьев и птиц, их когнитивные взаимодействия, Ян Левенец изучает охотничью деятельность грызунов, еще наши аспирантки Анастасия Роговая и Анна Новиковская изучают когнитивные способности грызунов, ну, например, их способность оценивать количество объектов.Тайга.инфо: Тяжело в Сибири заниматься животными? Здесь ведь их, в общем, не так уж много по мировым меркам.
Софья Пантелеева: Вы правы, чем ближе к экватору, тем разнообразие больше и у растений, и у животных. Но я не думаю, что в Сибири работать тяжелее, у нас есть очень интересные виды.
Тайга.инфо: А человек, который всю жизнь изучал насекомых или птиц, может с легкостью взять и начать изучать, скажем, обезьян?
Софья Пантелеева: Ну, конечно, может. Когда мы говорим о каких-то аспектах поведения животных, мы должны иметь в виду, что здесь действуют единые закономерности. То есть мы не отделяем грызунов от птиц, мы понимаем, что поведенческие закономерности характерны для всех. Можно подходить по-разному, специализироваться на чем-то, так делают, например, систематики. Вот моя коллега Галина Азаркина специализируется на пауках-скакунчиках. И человек может всю жизнь заниматься какой-то группой. А есть другой подход, когда на разных группах животных изучается проблема, объект здесь вторичен. Главное — вопрос, который мы задаем природе.Алексей Маслов: Ну, да, буквально вчера мы работали, и у меня синицы как-то странно делали выбор при обучении, а у Ани также странно — хомяки. Потому что механизм один, хоть животные разные. Вполне возможно, что этот механизм вообще сформировался еще до появления общего предка у рептилий.
Муравьиный компьютер
Тайга.инфо: Почему вы так много внимания уделяете муравьям?
Софья Пантелеева: Это чрезвычайно интересный объект исследований на разных уровнях организации — от индивидуального до над-семейного. Они образуют большие семьи, иногда просто огромные. К примеру, если перейти Университетский проспект, то там начнется колония рыжих лесных муравьев, которая продолжается даже за Домом ученых. В этой колонии муравейники связаны друг с другом обменами, то есть у огромного количества животных на одной территории есть организация, разные специальности внутри семьи. У них есть охранники, няньки, фуражиры, которые приносят пищу, разведчики, которые находят ее новые источники. И нам нужно понять, как устроена эта организация, как различаются между собой муравьи, которые выполняют ту или иную задачу.
Тайга.инфо: Какая в этом знании польза для человека?
Софья Пантелеева: Есть такое направление — изучение самоорганизующихся биологических систем. В этом есть практическое значение, мы можем использовать эти знания при решении организационных задач у людей. Ну, например, какой размер группы будет самым эффективным? У муравьев это 5–7.
Алексей Маслов: Самая классика — это когда мы используем алгоритм действия муравьев, к примеру, для проектировки дорожных сетей. Не знаю, применяют сейчас это или нет, но в 90-х это было очень популярно. То есть ученые смотрели, какие кратчайшие расстояния используют муравьи, ставили препятствия и факторы рельефа, которые были на реальной местности.
И, если им подходило, как муравьи решали задачу, они могли подсмотреть у них готовое решение, не привлекая сложных счетных алгоритмов. Это своеобразный муравьиный компьютер, который все решит за нас, остается лишь правильно спросить.
Тайга.инфо: Значит ли это, что их решение — всегда самое эффективное? Или они могут ошибаться все-таки?
Алексей Маслов: Для них это решение самое эффективное — если посмотреть на муравьиную колонию, мы там увидим те же развязки. Но и пробки тоже.Софья Пантелеева: Все, кто ошибался, уже элиминировались. Я должна еще добавить, что муравьи преобразуют среду, например, те самые рыжие лесные муравьи с Университетского проспекта. Если вы зайдете вглубь этого леса, они тут же полезут на вас, будут падать с деревьев, вы весь будете в муравьях. Однажды я привела туда собаку, так вот, пока я брала пробу из муравейника, она ждала меня на дороге, потому что в лесу они ее мучили.Алексей Маслов: При этом наши муравьи просто задали какие-то свои законы, и все с ними живут в относительном мире. Но есть и другой крайний случай — инвазивные, то есть завезенные человеком, муравьи. Они просто приходят в какой-нибудь хороший штат Северной Америки и делают из него пустыню. На отдельном участке беспозвоночные оказывают влияние на растительный покров, и после этого птицам там вообще нечего есть. В разы увеличивается дальность, с которой самец и самка летают за едой, у них сразу становится меньше птенцов, сами птенцы мельчают, это уже не мир, а война, причем муравьи выигрывают.
Тайга.инфо: Вы сказали, что муравьи для ученых — традиционные подопытные. Много ли еще муравьиных загадок придется открыть, или они уже изучены почти полностью?
Софья Пантелеева: Сейчас существует, кажется, около 15 тысяч видов муравьев, и все они очень разные. Есть примитивные виды, которые живут небольшими семьями. Есть очень высокоорганизованные, например, наши рыжие лесные муравьи — приматы среди муравьев, самые крутые. Еще есть крутые муравьи в Южной Америке, они выращивают грибы. Так вот, если мы проникнем глубоко в один вид, то у другого все, даже социальная организация, может существенно отличаться. Так что тут большой простор для работы.
Тайга.инфо: И к каким же выводам вы приходите в своих исследованиях? Насколько сложна жизнь муравья?
Софья Пантелеева: Действительно, не только людям тяжело живется, муравьям тоже надо решать многие когнитивные задачи. К примеру, у муравьев есть «язык», по сложности превосходящий язык танцев медоносных пчел. Этот язык открыт Жанной Резниковой и ее соавтором — известным специалистом по теории информации Борисом Яковлевичем Рябко. Например, если поставить муравьям установку из веточек, они могут передавать номер веточки, на которой находится пища. Более того, они могут сжимать информацию, например, сказать: «Ну, ты там пять пройдешь, потом на одну вернись». Я перевожу это на человеческий язык, но, на самом деле, я не знаю, как это у них происходит. Они даже могут складывать и вычитать.
Тайга.инфо: Каким образом они общаются?
Софья Пантелеева: Они взаимодействуют усиками, на которых есть чувствительные рецепторы, и еще передают химические сигналы. Людям очень сложно это представить, то есть посмотреть на мир глазами муравья.
Птицы против муравьев
Тайга.инфо: Алексей, вы изучаете взаимодействие птиц с муравьями. Как, вообще может прийти в голову такая неочевидная идея для исследования?
Алексей Маслов: Я с детства увлекаюсь птицами, но, когда пришел в лабораторию, у меня был месяц слабости перед бобрами, и я поехал изучать их. В итоге понял, что соскучился по птицам, и родилась такая тема. Мы занялись этим, потому что в лаборатории к этому времени была получена совершенно новая для науки картина взаимодействия рыжих лесных муравьев с грызунами, а про взаимодействие их с птицами почти ничего не было известно.
Тайга.инфо: Каких птиц вы изучаете?
Алексей Маслов: Я занимаюсь семейством воробьиных. Это очень большая категория птиц, почти все мелкое, что мы видим вокруг. Проще сказать, кто не воробьиные: вороны, хищники, совы, дятлы и все водоплавающие — не воробьи. А вся остальная мелкая серенькая пузатая мелочь, скорее всего, будет относиться к моему объекту исследований. Сейчас мы работаем в основном с синицами, потому что с ними исследователю проще взаимодействовать.
Тайга.инфо: К каким выводам вы приходите в изучении их взаимоотношений с муравьями?
Алексей Маслов: Пока что вопросов больше, чем ответов. Если у человека какая-то модель поведения проявляется с рождения, значит, когда-то нам было это очень важно. Младенцы распознают на предъявляемых им картинках даже «поломанных» пауков, потому что когда-то давно было важно распознать паука даже без одной ноги и убежать от него. Многие птицы муравьев знают. Синиц уже изучали в почти таких же, как наших, финских лесах, и там они пытались избежать муравьев и не кормиться на ветках, где их много. Это значит, что у них в голове неприятие муравья зашито на генетическом уровне.
Тайга.инфо: Как понять, что птица муравья «узнала»?
Алексей Маслов: С людьми в этом плане, конечно, проще. Если взгляд маленького ребенка фиксируется на картинке или предмете, значит, он узнал, ему интересно. Здесь же довольно сложно поставить эксперимент и вырастить животное в отрыве от всего, показать ему муравья и посмотреть, как он реагирует — точно так же, как и взрослый или нет? Если так же, то есть проявится так называемая наивная реакция, значит, информация зашита в генотипе, и это для них вопрос жизни или смерти. У многих животных есть стереотипные реакции реагирования. Например, стереотип, как правильно съесть муравья: сначала убить, обездвижить, потом как-то удалить муравьиную кислоту, потом съесть. И если наивное, выращенное в лаборатории животное реагирует так же, как взрослое, значит, его никто этому не учил, и это врожденное свойство.
Тайга.инфо: И вы пытаетесь понять, так ли это?
Алексей Маслов: Да, может быть, в этом году спросим у некоторых наших птичек, знают ли они муравьев с рождения или нет. Очень у дроздов хочу спросить. Но, главное, мы пытаемся понять, что это им дает. На нашей большой муравьиной колонии, которую мы используем как модельный полигон для исследований, в общем-то, не так-то просто найти место, где можно спокойно постоять, чтобы к нам никто не залез и не накусал. На дереве такое место найти тоже сложно.
Но птицы почему-то там живут, хотя могли бы убежать, у них же есть ноги и крылья. Тем не менее, они довольно успешно гнездятся там каждый год. Может быть, они постигают какие-то закономерности муравьиных дорог, а это, в общем-то, сложно. Запомнить всю эту страшную сеть — это как запомнить карту дорог России с проселками.
Тайга.инфо: Либо же птицам есть какая-то польза от соседства с муравьями?
Алексей Маслов: Да. Вообще, в мире у птиц с муравьями все складывается очень по-разному. Есть, к примеру, специальные тропические птицы, которые воруют еду у специальных тропических муравьев. У этих муравьев нет постоянного гнезда, но есть временное — так называемый бивуак. Это переносное гнездо с самкой, которая откладывает яйца. Они этот бивуак ворочают по лесу со скоростью до 100 метров в сутки, просто куда-то идут. И от них постоянно идут набеги фуражиров в кроны деревьев, которые несут оттуда много беспозвоночных. Некоторые птицы приспособились воровать добычу этих муравьев и не летать в кроны, а просто стоять на дороге и обирать их. Приспособились настолько, что, если кочевые муравьи уходят из этого участка леса, ни одной птицы этого семейства там просто нельзя найти, то есть они ничего другого есть не могут — они идут за муравьями.Тайга.инфо: И что, никто из птиц не ест самих муравьев?
Алексей Маслов: Дятлы любят муравьев, и, вообще, есть много птиц, которые любят их употреблять в пищу, при этом всегда от них получая неприятности. Муравьи кусают в глаза, брызгают кислотой во весь аналог лица, который могут найти, это больно.
Полевая мышь считает быстрее, чем ты
Тайга.инфо: Вы упомянули, что в вашей лаборатории изучаете способность грызунов оценивать количество объектов. Расскажите подробнее об исследовании?
Софья Пантелеева: Мы исследуем, какие пределы есть в способности грызунов различать множества и оценивать количество объектов. Мы начали эту работу с диких полевых мышей, и нам очень повезло, потому что оказалось, что они способны различать множества с точностью до единицы.
Тайга.инфо: Как вы это определяете?
Софья Пантелеева: Есть такое свойство психики: если что-то подкреплять, то животное будет это выбирать. Холодильник, например, нас подкрепляет, потому что мы оттуда достаем еду. И поэтому мы иногда себя обнаруживаем стоящими перед холодильником и изучающими его внутренности, даже если он пустой и ты проверял его минуту назад. И наоборот, если что-то будет отрицательно подкрепляться, то животное не будет это выбирать, а будет избегать этого.
И если мы предлагаем два объекта, один подкрепляем, а другой не подкрепляем, то мы ожидаем, что животное будет выбирать подкрепляемый. Но если они для животного неразличимы, то животное не сможет разобраться, куда бежать. Если, например, мы предложим синюю карточку и красную карточку, и за красной всегда будет «конфетка», чему мы научим животное?
Тайга.инфо: Выбирать красную карточку.
Софья Пантелеева: Абсолютно верно, но только в том случае, если животное различает цвета. Так проверяют способности различать цвета у животных и птиц, это поведенческие тесты. С определением количества точно так же. Мы берем две бумажки, на одну наносим пять элементов, на другую десять, за одну бумажку прячем лакомство. И животное связывает: ага, там, где пять элементов, будет лакомство, значит, выбираем пять.
Тайга.инфо: То есть полевая мышь, правда, умеет считать?
Софья Пантелеева: Я не знаю, как они это делают, но это происходит очень быстро, за одну–две секунды, мы сами не ожидали и до сих пор удивляемся. Мы же можем делать всякие предположения насчет поведения людей. Допустим, упрощенно: человек смелый, значит, он будет увереннее отвечать на экзамене и, вероятно, получит лучшую оценку. Мы предположили, что смелые животные лучше решают задачу, то есть мы определили два признака, которые связаны друг с другом — смелость и способность решать задачи. Мы дали задачу нашему аспиранту Анастасии Роговой посмотреть, как другие грызуны справляются с различением множеств и с какими поведенческими особенностями это связано. Но Насте поначалу не повезло, потому что ей достались джунгарские хомячки.
Тайга.инфо: А что с ними не так?
Софья Пантелеева: Они, оказывается, не могли решить даже самую простую задачку! Не могли отличить 5 от 10. Все тридцать хомячков, кроме двух. И когда мы посмотрели на этих двух, оказалось, как раз, что это те самые смелые хомячки.
Тайга.инфо: Могли ли они просто угадать?
Софья Пантелеева: Нет, не могли. Потому что мы этот опыт повторяем очень много раз. При помощи математических способов мы определяем, случайный ли был выбор или неслучайный. Если животное в 85% случаев делает правильный выбор, мы считаем, что это неслучайно. Если меньше — тогда случайно.
Тайга.инфо: Ян, вы изучаете хищническое поведение у грызунов. Чем именно вас привлекла эта тема?
Ян Левенец: Мыши мало того, что способны различать количество муравьев, они еще, в принципе, не против ими полакомиться. В работах нашей лаборатории было обнаружено, что муравьи достаточно сильно влияют на расселение грызунов, особенно летом, при этом они способны выступать в качестве массовой добычи. А сама эта охота очень интересна, потому что в ней много закономерностей, она очень упорядоченная, для описания этого, как правило, используется слово «стереотипная». Мы выбрали грызунов с разным типом питания и подумали, что, если у них есть один хищнический стереотип, возможно, он есть у всех грызунов.Тайга.инфо: Каких грызунов вы изучали?
Ян Левенец: У нас уже были некоторые данные по зерноядной полевой мыши, той самой, которая отличает множества. Это, вообще, очень интересный объект, потому что проявляет очень широкий спектр своих когнитивных способностей. Еще мы взяли серую крысу, охотничье поведение которой, что уже доказано, является четко стереотипным, зеленоядный вид, то есть узкочерепную полевку, и два вида хомячков, у которых в рационе присутствует все, в том числе, и насекомые. Но ведь истинными хищниками все эти виды не являются, поэтому для сравнения нужен какой-то эталон мелкого хищника. Им для нас послужила обыкновенная бурозубка.
Тайга.инфо: К каким выводам вы пришли?
Ян Левенец: Оказалось, что у всех испытуемых, кроме серой крысы, хищнические стереотипы по сложности и упорядоченности оказались такими же, как у бурозубки. А вот у крысы поведение оказалось более гибким, чем у всех остальных видов, и вот это мы сейчас исследуем. Почему это так важно? Тут надо ответить на вопрос, рождаемся ли мы некой Tabula rasa, чистым листом, или же мы имеем некоторый поведенческий багаж, который должен быть записан в генах. Возможно, наше обучение облегчается, потому что у нас изначально есть какой-то шаблон действий, который мы можем достраивать. Это как раз та глобальная проблема, на которую мое исследование направлено.
Софья Пантелеева: Ян работает с очень хорошей моделью: каким образом мы можем изучать наследование и, вообще, роль в поведенческом репертуаре этих врожденных стереотипов? Хоть мы и говорим, что многое в нас обусловлено культурой, но есть и врожденные компоненты, которые нам достались от каких-то предков, и они у всех одинаковые.
Любовь во время войны
Тайга.инфо: Изучение поведения животных позволяет вам лучше понимать людей?
Софья Пантелеева: У человека тоже есть врожденные стереотипы, их изучают с помощью кросс-культурных исследований. Если мы в разных точках земного шара обнаружим одни и те же поведенческие элементы, то мы сможем сказать, что они универсальны. То есть это не элементы культуры, которые передаются из поколения в поколение — они, наоборот, врожденные. Например, есть такой элемент eyebrow flash: при встрече знакомого человека, мы делаем взмах бровей. Это делают люди в разных частях земного шара одинаково, и мы считаем, что это врожденный компонент.
Тайга.инфо: Как определить, что в нашем поведении обусловлено именно врожденными стереотипами, а что — культурными?
Софья Пантелеева: Дискуссия по поводу этого соотношения была очень громкой в 80-е годы, а потом исследователи успокоились. Нет четкого разделения на врожденное и приобретенное, есть взаимодействие. То есть поведение часто обусловлено врожденными реакциями, но в процессе становления онтогенеза, благодаря взаимодействиям с сородичами и средой, происходит достройка. Но в чем же мы приматы — это очень интересный вопрос.
Есть такой исследователь Франс де Вааль, одна из его книг называется «Политика шимпанзе: власть и секс у человекообразных обезьян». Он, кстати, по версии журнала Time в 2007 году входил в топ-100 самых влиятельных людей. Представляете? Приматолог! Эту книжку он рекомендует к прочтению американским конгрессменам и неспроста, потому что она очень поучительная.
В этой книге описаны его исследования группы приматов в зоопарке, и ее можно читать как остросюжетный детектив. Там такие интриги! Политические сюжеты! Кто пришел к власти? У кого есть поддержка? Кого поддерживают самки? А как относится самая старая самка? То есть у обыкновенного шимпанзе есть иерархия. И вот что удивительно: шимпанзе после ссоры мирятся, причем сразу.
Тайга.инфо: Почему?
Софья Пантелеева: Их поведение, вообще, кажется очень человечным. В этой книжке есть фотография, как один шимпанзе протягивает другому лапу как раз после конфликта. Там есть сюжет, как молодой шимпанзе утешает старого, который проиграл в битве. Это человеческое поведение, оказывается, есть у животных, которые не являются нашими предками. Общий предок у нас с шимпанзе был 10 млн. лет назад: тогда жили животные, от которых произошли мы и от которых произошли шимпанзе, которые обладали такими качествами. Но вот у бонобо все еще интереснее: они мирятся с помощью спаривания и вместо конфликтов тоже спариваются, в общем, они миролюбивее, чем обыкновенные шимпанзе.
Тайга.инфо: Значит ли это, что миролюбивая стратегия поведения выгоднее для существования? Будешь злым — останешься один?
Софья Пантелеева: Не знаю, все зависит от ситуации. Скандалы, интриги, расследования у шимпанзе тоже есть. Идет борьба за власть: чем больше власти, тем больше самок и больше потомства, к чему все стремятся. И они очень хорошо манипулируют, мы их называем «Макиавелли в шерсти». В этологии есть даже такой термин «макиавеллизм», относящийся к приматам и означающий способность использовать своих сородичей как живые орудия. Но если в группе будут много конфликтов, это тоже плохо. Еще Дарвин задавался вопросом, откуда взялся альтруизм? Откуда у человека берется поведение, как у Александра Матросова, который закрыл собой амбразуру? Вроде бы, мы должны знать, что вместе с Александром Матросовым должны исчезнуть его гены, но мы видим: как ни война — обязательно какой-нибудь герой. Из двух племен с альтруистами и единоличниками, какое победит?Тайга.инфо: Племя с альтруистами.
Софья Пантелеева: Верно, в итоге оно захватит территорию и самок, гены распространятся. Дарвин ничего про гены еще не знал, кстати, но говорил, что это так. А сейчас математические модели и исследования подтверждают эту его гипотезу. К примеру, в одной популяции шимпанзе обнаружили усыновление. Обычно, если шимпанзенок остался сиротой, то есть его мама погибла, он не выживает. Он не может прокормиться и путешествовать, а это важно, так как они переходят из одного участка леса в другой в поисках пищи. А в одной популяции было обнаружено 36 сирот, и из них половина была усыновлена. Это случай как раз истинного альтруизма. Усыновитель, во-первых, кормил, во-вторых, учил, да еще и таскал детеныша. При этом усыновители еще и страдают, потому что другие шимпанзе могут кидаться в него камнями и палками.
Тайга.инфо: У этих усыновителей были свои дети?
Софья Пантелеева: Это были самцы и самки без детей, иногда это были друзья матери. Когда посмотрели, чем эта популяция отличается от других, выяснилось, что она живет в условиях жесткого пресса хищников, леопард для них — хищник номер один. Раз есть опасность, то группа выживет только в том случае, если они будут предупреждать об опасности друг друга, если будет сплоченность и альтруизм. Видимо, так сформировался и человеческий альтруизм.
Расселяясь из Африки, люди шли небольшими группами по берегам океанов, было очень опасно из-за хищников и условий окружающей среды, поэтому выживали те группы, в которых была поддержка и взаимопомощь. Наверное, поэтому мы такие.
Тайга.инфо: Откуда же тогда берутся злые люди?
Софья Пантелеева: Это называется парохиальный альтруизм. Альтруизм по отношению к своим, который сопровождается ненавистью к чужим. Своим я могу подставить плечо и пожертвовать жизнью, а другие — враги. Они, может быть, выглядят не так, как мы, или говорят на незнакомом языке. Причем, самое страшное, если они говорят на языке, который похож на наш, но не такой, как наш. В общем, можно сказать, что мы одновременно и альтруисты, и ксенофобы.
15.03.2016
Тайга.инфо
Наталья Гредина
Оригинал статьи